N°189
14 октября 2002
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 НА РЫНКЕ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   
  ПОИСК  
  • //  14.10.2002
Прочь от «старинной» музыки!
В Петербурге попытались сыграть в «Олимьюзик»

версия для печати
Еще недавно этот фестиваль назывался гораздо проще и скромнее -- Петербургский фестиваль старинной музыки. Однако организаторы сочли, что английская early music («ранняя музыка») не соответствует нашей «старинной». Поскольку главная цель петербургских музыкантов -- доказать, что early music полна сил и не собирается устаревать, в названии появился курьезный англицизм.

От года к году фестивальная афиша все хорошеет и хорошеет -- в ней все больше известных иностранных имен, благодаря которым аутентизм превратился из изыска для узкого круга в будничную данность европейской культуры. Нынче Петербург заполучил самого что ни на есть отца-прародителя early music -- голландского клавесиниста Густава Леонхардта, который в 60-е годы первым призывал коллег отказаться при исполнении Баха от рояля и вернуться к старому доброму клавесину. За день до него в Северной Венеции побывал и один из адептов аутентичного музыкального Средневековья -- испанец Жорди Саваль, выкопавший некогда из архивных глубин испанских монастырей удивительной красоты и обаяния опусы, в которых причудливо сочетаются «ученая» полифония и терпкие краски иберийского фольклора. Пусть кому-то и кажется, что титаны теперь живут самоповторами, но одно сознание того, что они, живые и здоровые, стоят на сцене, внушает священный трепет.

Несколько хуже обстояло дело с нынешним поколением аутентистов. Выбор исполнителей early music столь велик, что найти лучших очень даже непросто. Сказывается несколько обособленное положение в ряду других европейских фестивалей -- если тамошние артменеджеры полагаются на личный слуховой опыт, то питерцы вынуждены довольствоваться в основном записями. А живое выступление и компакт-диск -- две совершенно разные истории. Сколь роскошно звучит в записи хваленый Фрайбургский барочный оркестр, столь формальным и скучным оказывается он наяву -- с немецкой педантичностью отмеряет такт за тактом, штампуя один барочный опус за другим, словно фабричные игрушки. Голый профессионализм в отсутствие индивидуальной интонации, как в случае с Лондонским фортепианным трио, чреват еще более неприятными последствиями. Музыка, которую с таким трудом возрождают в Петербурге, обретает выраженный музейный привкус, свойство вещи, что хорошо сохранилась, но не востребована сегодня, а посему необязательна. В этом случае результат получается неожиданным -- early music становится той самой старинной музыкой, от которой все бегут.
Михаил ФИХТЕНГОЛЬЦ, Санкт-Петербург -- Москва

  КУЛЬТУРА  
  • //  14.10.2002
Завершился десятый фестиваль «Зодчество»
В последний день фестиваля журналистов пригласили на пресс-конференцию. Она проходила там же, где и сама выставка, - в Большом Манеже... >>
  • //  14.10.2002
Еще один фильм Кима Ки-Дука в Москве
Кореец Ким Ки-Дук -- режиссер, с которым отечественные киноманы знакомятся в режиме максимального благоприятствования. Два года назад его фильм «Остров» (четвертый по счету, но первый по-настоящему нашумевший) можно было увидеть на широком экране. Год спустя «Реальный вымысел» участвовал в конкурсе Московского кинофестиваля, а в последнее время от Кима буквально не спрятаться, не скрыться: не успел закончиться московский прокат его картины «Адрес неизвестен», как на повестке дня оказывается «Плохой парень» (2001). Вряд ли какой-нибудь еще современный кинематографист, да вдобавок азиатский, пропагандируется настолько же активно и последовательно. Впору задуматься о тайном артхаусном заговоре, но противостоять ему, тем не менее, совершенно не хочется. Ибо насаждаемый культ Кима Ки-Дука не только актуален, но и (в отличие, например, от сектантских камланий вокруг куда более сомнительного Такаси Миике) абсолютно оправдан... >>
  • //  14.10.2002
В «Доме» звучали настоящие голоса
Рассказывая о первом концерте «Глубокой глотки» (см. «Время новостей» от 11 октября), я сетовал, что публики было маловато. Отрадно констатировать, что уже второй день ознаменовался обычной «домовской» посещаемостью, а в пятницу и субботу случились прямо-таки аншлаги... >>
  • //  14.10.2002
В Петербурге попытались сыграть в «Олимьюзик»
Еще недавно этот фестиваль назывался гораздо проще и скромнее -- Петербургский фестиваль старинной музыки. Однако организаторы сочли, что английская early music («ранняя музыка») не соответствует нашей «старинной». Поскольку главная цель петербургских музыкантов -- доказать, что early music полна сил и не собирается устаревать, в названии появился курьезный англицизм... >>
  • //  14.10.2002
Москву посетила балетная труппа La Scala
В «Ромео и Джульетте» Кеннета Макмиллана -- единственном спектакле, привезенном итальянцами и показанном в столице уже пять раз (устраивал гастроли «Росинтерфест»), -- пузырится и шкваркает жизнь. Один из столпов английской хореографии, знакомый нашей публике пока что лишь по «Манон», не так давно влетевшей в репертуар Мариинского театра, 37 лет назад сочинил спектакль, вспоминая послевоенные лондонские гастроли Большого, Уланову-Джульетту и всю роскошь выстроенных Леонидом Лавровским веронских смертоубийств. Как и все англичане -- зрители тех гастролей, Макмиллан был в восторге, и его спектакль оказался почтителен к первоисточнику... >>
реклама

  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ