N°34
02 марта 2010
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ОБЩЕСТВО
 ПРОИСШЕСТВИЯ
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
  ПОИСК  
  ПЕРСОНЫ НОМЕРА  
  • //  02.03.2010
Цепь и нить
Реквием и другая музыка Шумана от Рудина и оркестра Musica Viva

Оркестр Александра Рудина Musica Viva начал сезон с элегического празднования 200-летия Мендельсона -- не только в Москве, но и в Дюссельдорфе, где юбиляр в свое время исправно выполнял обязанности музикдиректора. Рудинский оркестр вообще довольно регулярно отмечает значимые даты, но это редкий случай, когда «датский» пунктир в основании концертного расписания делает репертуарный рисунок изощренней и богаче, а не претенциозней и скупее.

Вторую половину сезона оркестр открыл аншлаговым концертом в Большом зале Консерватории, в честь 200-летия Шумана -- композитора, который тоже послужил музикдиректором в Дюссельдорфе, значительно, но недолго, и здесь закончил свой музыкантский путь.

Программа к шумановской дате по структуре оказалась похожа на мендельсоновскую, и не менее оригинальна. В ней тоже были сольный концерт и малоизвестный, но принципиальный духовный опус.

Юбилейный сборник поздней дюссельдорфской шумановской музыки от Рудина содержал тонко-пылкую увертюру к «Манфреду», Виолончельный концерт и Реквием 1850 года (некоторые источники утверждают, что Шуман писал его для себя, при этом вызывающий литературоцентризм партитур и судьбы композитора позволяет как верить этому, так и не верить совершенно).

И вот что важно: «исторически ориентированные» программы и манеры Рудина и оркестра, их готовность любовно озвучивать бесконечные раритеты и хрестоматийные партитуры, терпеливо подбирать к ним стилистические ключи -- все это не работало бы само по себе, не будь в основании рудинских подходов (в случае с романтизмом это особенно пронзительно) простой и поразительной органичности, вкуса и музыкальности.

Последняя категория -- вообще из разряда либо любительских, либо слишком общих, либо школьно-базовых определений. И вроде как не описывает ни уровень, ни класс, ни качество. Тем не менее эта самая музыкальность определенно ведет к музыке напрямик, а если еще со вкусом все в порядке, то результаты бывают буквально ошеломляющие. Такие, как звучание последней части шумановского Реквиема -- как будто немного затянутой, но какой-то оглушительно трогательной, мудрой и светлой, словно застывающей в словах нежного прощания. Или как такты Второй части Виолончельного концерта с тихим, ясным диалогом солиста и оркестра. В таких случаях язык описания исполнительского ремесла становится стеснительным или мычит чего-то пафосное. Живые материи музицирования (когда внешне сдержанная рудинская фантазия втягивается в бег шумановской эмоциональной фантасмагории, -- это особая красота) страшно сложно поддаются описанию, но оттого не менее определенны и ценны.

Если вернуться к более материальной стороне дела, то оркестр, сам Рудин (в роли дирижирующего солиста в Виолончельном концерте) и хор звучали стройно, сбалансированно и демонстрировали то благородство краски и фразы, какое мало кому доступно из мастеров работать с блеском. И ни огрехи духовых в Концерте (которые в остальное время звучали стройно), ни известная робость струнных или не совсем точные по звуку реплики хора в начале Реквиема это тщательно выстроенное благородство не разрушали. «Манфред» получился несомненно, Концерт вышел тонким, пластичным и аристократичным. А Реквием (солисты-вокалисты выступали в технической роли, не просияв, но и ничего не испортив) показался не служебной музыкой, ценной именем автора или листком из пыльного архивного альбома (осененным реставраторским героизмом), но странным и красивым вариантом шумановских фортепианных циклов, где бегают фантазии на тоненьких ногах. Сам Шуман про такое говорил, что-де серебряная нить фантазии вьется вокруг цепи правил. В данном случае вьется с прощальной нежностью, утихомиренно, но все равно не умиротворенно.
Юлия БЕДЕРОВА




реклама

  ТАКЖЕ В РУБРИКЕ  
  • //  02.03.2010
Премьера в Берлинском балете
Мода на реконструкции, реставрации, отчаянные или солидные игры с прошлым коснулась и главного театра немецкой столицы: Владимир Малахов поставил в своей труппе «Пери» на музыку Фридриха Бургмюллера... >>
//  читайте тему:  Танец
  • //  02.03.2010
В Молодежном театре поставили немецкую "новую пьесу"
Ругай или хвали «новую драму», ясно, что теперь от нее никуда не деться. Современные «проблемные» пьесы завоевывают все больше театров, раньше бежавших от всего сложного и неприятного... >>
//  читайте тему:  Театр
  • //  02.03.2010
В Петропавловской крепости открылась выставка «Поколение Z: Пионеры звука в России 1920-х»
На первый взгляд организованная фондом «Про Арте» и московским Термен-центром выставка производит странное впечатление -- львиную долю ее экспонатов составляют разного рода архивные бумаги: письма, протоколы, таблицы и чертежи... >>
//  читайте тему:  Выставки
  • //  02.03.2010
Объявлен лонг-лист «Нацбеста»
Вчера объявили длинный список номинантов на российскую литературную премию «Национальный бестселлер». Номинантов на соискание «Нацбеста» выдвигают издатели, критики, писатели, поэты, журналисты, а также энтузиасты из ЖЖ... >>
//  читайте тему:  Круг чтения
  • //  02.03.2010
Реквием и другая музыка Шумана от Рудина и оркестра Musica Viva
Оркестр Александра Рудина Musica Viva начал сезон с элегического празднования 200-летия Мендельсона (см. «Время новостей» от 19 октября 2009 года) -- не только в Москве, но и в Дюссельдорфе, где юбиляр в свое время исправно выполнял обязанности музикдиректора.... >>
//  читайте тему:  Музыка
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Реклама