N°183
07 октября 2010
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ОБЩЕСТВО
 ПРОИСШЕСТВИЯ
 ЗАГРАНИЦА
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
  ПОИСК  
  ПЕРСОНЫ НОМЕРА  
  • //  07.10.2010
Два пулеметчика
Студия SounDrama сыграла на «Фабрике» антивоенный спектакль

Владимир Панков в своей студии SounDrama поставил пьесу Юрия Клавдиева «Я -- пулеметчик». Для тех, кому не надо объяснять все имена и названия в этой фразе, -- новость интригующая. Впрочем, Панков начинал с «новой драмы» -- много играл в ней как актер, потом ставил, к тому же один из самых знаменитых и, на мой взгляд, лучший его спектакль, -- документальный монолог провинциального врача «Док.тор» -- тоже, строго говоря, «новодрамный». Но потом режиссер углубился в дебри музыки, и тут уже неважно, что он ставил, Цветаеву, Гоголя, Шекспира или Чехова: сюжеты его спектаклей последних лет, так же, как их строение, стали опираться только на музыкальную драматургию. Голос актера полностью превращался в инструмент оркестра, текст уходил в полную неразличимость, и зрители погружались в спектакль, как в симфонический концерт, различая темы и настроения, но, не вникая в то, «кто кому дядя», что, разумеется, имело свои издержки.

Бешеную пьесу Юрия Клавдиева таким образом препарировать было бы трудно, да и незачем. Историю эту, в которой есть два героя -- современный «браток», участник криминальных разборок, и его дед, воевавший пулеметчиком на балтийском побережье, на Моонзунде, -- в Москве ставили и играли не раз. Самым известным был моноспектакль Ирины Керученко, где отличный молодой актер Кирилл Плетнев играл сразу обоих, двух последних бойцов, один из которых во время второй мировой с дыркой в животе ползет к кипящей от пуль воде, а второй, сегодняшний, -- остался последним выжившим «пацаном» после разборки с кланом враждебных «братков». Панков в отличие от Керученко населяет маленькую пьесу множеством народу. Кроме главного героя, «быка» в черном офисном костюме, которого играет Алексей Черных, и его деда (Андрей Заводюк), тут есть и некая обобщенная женщина -- бабка, мать, сиделка, и множество других персонажей, постоянно меняющих личины. Дружбаны в таких же, как герой, черных костюмах, поехавшие с ним отдохнуть на турбазу, время от времени надевают резиновые маски Путина, Обамы и Саркози и выскакивают с авансцены на краснобархатные политические трибуны, которые выстроены амфитеатром прямо напротив амфитеатра с публикой. Женщины тоже в офисных костюмах, то голосят на трибунах в микрофоны и скачут в масках Юлией Тимошенко или Ангелой Меркель, а то, надев защитную униформу, превращаются в солдаток или шахидок, метящих из винтовок с лазерным прицелом прямо в зал.

Пьеса у Клавдиева несколько путаная, хотя общий ее пафос, в котором соединяется отвращение к войне с романтическим восхищением «последним героем», воином-одиночкой, -- совершенно ясен. Но Панкову этого мало, он хочет сделать антивоенное шоу в полный рост, не только показав, как бессмысленная военная бойня отзывается в криминальных боях мирного времени, но и заклеймив всех тех, кто виноват. Из-за этого спектакль его превращается в громокипящую стилистическую кашу. Но что тут поделаешь: когда пепел Клааса стучит в сердце режиссера, его не обуздаешь, и всякому зрителю у нас понятно, отчего Панкова так понесло.

Гомонящие на разных языках и кривляющиеся уродцы-политики с резиновыми головами пришли в спектакль «Я -- пулеметчик» прямиком из отечественных агитбригад и западного политического театра 60-х, так же, как и сделанные в виде мишеней для тира портреты разнообразных военных властителей от Наполеона и Сталина до Саддама и Кастро. Сегодня этот язык трудно воспринимать всерьез, но сама история -- яростный парень, который, сняв костюм и надев застиранные подштанники, превращается в солдата и особенно его дед, тихим голосом рассказывающий отвратительную правду о войне и смерти (это лучший кусок и в пьесе Клавдиева, и в спектакле Панкова) -- трогает многих. К тому же лейтмотивом спектакля становится надрывный «Отель Калифорния», который тоже можно считать песней о смерти; его поют все по очереди, в финале даже под балалайки (Панков отдает должное созданному им жанру саундрамы), а поклоны сопровождает классическое исполнение группы Eagles. Эта музыка вместе с напором самого действа создают вместе тот самый драйв, который всегда так захватывает молодых поклонников студии SounDrama, забивающих до отказа новый зал театра в одном из цехов «Проекта «Фабрика». Холод, голые, с дырками, стены из силикатного кирпича, гулкий нетопленый фабричный коридор вместо фойе -- все это работает на левую, кричаще-протестную интонацию спектакля. И даже сувениры вроде программки, мятой бумажкой засунутой в маленький вещмешок, кажутся лишними.
Дина ГОДЕР




реклама

  ТАКЖЕ В РУБРИКЕ  
  • //  07.10.2010
Александр Уткин
Названа шестерка соискателей премии «Русский Букер»
Рассказывая о длинном списке претендентов на премию «Русский Букер», я заявил своей пятерке фаворитов (см. «Время новостей» от 2 июля). Не предписанной регламентом шестерке, а именно пятерке, чувствуя, что по крайней мере одну позицию в шорт-листе судьи отдадут «темной лошадке»... >>
//  читайте тему:  Круг чтения
  • //  07.10.2010
Скоро в прокате новый фильм Алексея Балабанова «Кочегар»
«Кочегар» -- один из самых замечательных фильмов, увиденных мною за последнее время. Если и были у кого сомнения, так ли уж хорош режиссер Алексей Балабанов (у меня-то их вроде и не было), но после «Кочегара» они должны быть развеяны и правда явлена во всей своей наготе -- очень хорош... >>
//  читайте тему:  Кино
  • //  07.10.2010
Студия SounDrama сыграла на «Фабрике» антивоенный спектакль
Владимир Панков в своей студии SounDrama поставил пьесу Юрия Клавдиева «Я -- пулеметчик». Для тех, кому не надо объяснять все имена и названия в этой фразе, -- новость интригующая... >>
//  читайте тему:  Театр
  • //  07.10.2010
Тициано Скарпа. Венеция -- это рыба. Перевод с итальянского Геннадия Киселева. -- М.: Колибри, 2010. «Венеция -- это рыба. Венеция -- это черепаха. Ну и работенка... Легко ли влюбиться в Венеции? Тебе непроизвольно хочется ее потрогать. Ты должна привыкнуть к тишине и грохоту...» >>
//  читайте тему:  Круг чтения
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Реклама