N°149
19 августа 2009
Время новостей ИД "Время"
Издательство "Время"
Время новостей
  //  Архив   //  поиск  
 ВЕСЬ НОМЕР
 ПЕРВАЯ ПОЛОСА
 ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
 ОБЩЕСТВО
 ПРОИСШЕСТВИЯ
 ЗАГРАНИЦА
 КРУПНЫМ ПЛАНОМ
 БИЗНЕС И ФИНАНСЫ
 КУЛЬТУРА
 СПОРТ
 КРОМЕ ТОГО
  ТЕМЫ НОМЕРА  
  АРХИВ  
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
  ПОИСК  
  ПЕРСОНЫ НОМЕРА  
  • //  19.08.2009
Город, которого нет
версия для печати
19 августа 1941 года после тяжелейших боев советские войска оставили Великий Новгород. Город на два с половиной года оказался в оккупации. Если к началу 1940 года в нем проживало 42 тыс. человек, то к концу января 1944-го, к освобождению его частями Волховского фронта, осталось менее пятидесяти человек, остальные либо ушли на фронт (было призвано более 10 тыс. горожан, из них в живых осталось менее 4 тыс.), либо эвакуировались, либо были угнаны на работы в Германию, либо погибли. В ходе боевых действий 98% городских строений было разрушено. Из 2532 жилых домов 2508 было уничтожено, в том числе всемирно известные шедевры древнерусского каменного зодчества (церкви, монастыри, фортификационные сооружения), более поздние архитектурные памятники. Есть в этой истории еще одна, быть может, не менее страшная страница -- безвозвратно исчезнувшие художественные сокровища: иконы, книги, декоративно-прикладное искусство, церковная утварь, живопись. Эвакуировать значительную часть культурных ценностей просто не успели. Точное количество утраченного не установлено до сих пор, его судьба неизвестна.

Оперативный штаб грабежа

Уже в 1940 году, через несколько месяцев после начала второй мировой войны, в гитлеровском министерстве по делам оккупированных восточных территорий был создан Оперативный штаб рейхсляйтера Розенберга. (Альфред Розенберг, 1893--1946 гг., заместитель Гитлера по вопросам «духовной и идеологической подготовки» членов нацистской партии, с 1940 года рейхсминистр по делам оккупированных восточных территорий. Родился в Ревеле, ныне Таллин, учился в Риге и Москве, где окончил в 1918 году Высшее техническое училище по специальности «инженер-строитель», вскоре после этого репатриировался в Германию. В совершенстве владел русским языком.)

Оперативный штаб представлял собой единую централизованную организацию, занимавшуюся во время второй мировой войны выявлением на оккупированных территориях культурных ценностей, взятием их «под контроль» и последующим вывозом в Германию. Его структура была достаточно гибкой и разветвленной: координацию деятельности различных подразделений осуществляло центральное управление, в его ведении в 1942 году находилось пять главных рабочих групп -- «Франция», «Бельгия и Северная Франция», «Нидерланды», «Прибалтика» («Остланд») и «Украина». Две последние -- «Прибалтика», созданная 20 августа 1941 года и базировавшаяся в Риге, и «Украина» с основной базой в Киеве, созданная 3 октября 1941 года, -- осуществляли учет культурных ценностей на оккупированных территориях СССР. Главная рабочая группа «Прибалтика», в свою очередь, состояла из подразделений «Литва», «Латвия», «Эстония» и небольшой мобильной передовой команды «Петербург», действовавшей в зоне армейского наступления на северо-западе России и входившей в занимаемые города непосредственно за передовыми частями. В оккупированных областях «на местах» создавались специальные «оседлые» подразделения -- особые группы «Новгород» и «Псков», входившие в состав рабочей группы «Эстония». Конкретные задачи Оперативного штаба были сформулированы в распоряжениях Розенберга от 20 августа и 3 октября 1941 года -- при создании групп «Прибалтика» и «Украина»:

«-- Обследование библиотек, архивов и «прочих мировоззренческих и культурных учреждений всякого рода», конфискация материалов мировоззренческого характера;

-- конфискация ценностей культуры, находящихся в собственности евреев, а также оставшихся без владельцев;

-- «укрытие» и «взятие под охрану» культурных ценностей, находящихся на оккупированных территориях, чтобы не допустить их повреждения или уничтожения».

Руководство Оперативного штаба придавало большое значение отчетной документации. Рабочие группы обязаны были отправлять в берлинское управление Особого штаба ежемесячные отчеты о своей деятельности; особые группы и передовые команды предоставляли помимо ежемесячных и еженедельные отчеты. Так образовался обширный архив управления Оперативного штаба Розенберга. Он, оказавшийся после войны рассеянным по различным собраниям, исследован лишь весьма фрагментарно.

Испанский след

Представление о том, в каком состоянии оказались памятники Новгорода после окончания боев в распоряжении немецких оккупационных властей, дает «Акт осмотра от 26--27 ноября 1941 г.», составленный 4 декабря 1941 года руководителем рабочей группы «Эстония» Георгом Фридрихом фон Крузенштерном: «Древний город Новгород разрушен более чем на 90%. Немецкая комендатура находится в... здании Духова монастыря. Город, кремль и участок фронта заняты испанской Голубой дивизией (Голубая дивизия -- испанское добровольческое формирование, состоявшее из служащих регулярной армии, ветеранов гражданской войны и фалангистской -- по названию ультраправой профашистской партии Испании --милиции. -- Ю.К.)».

«...Из большого количества церквей лежащей на другом берегу Волхова Софийской стороны только одна открыта и используется для церковной службы... (церковь Михаила Архангела на Прусской улице). Знаменитый Софийский собор XI в. подвергся артиллерийскому обстрелу... В здании в советское время располагался музей атеизма и богатейшие исторические музейные коллекции. От атеистического музея сейчас остались только отдельные плакаты, пустые витрины, шкафы и тексты описаний. В многочисленных... помещениях собора в беспорядке среди щебня и камней лежат... обломки драгоценных гробниц, одежды русских князей, скульптуры из камня и дерева, литургические одеяния из шитой золотом парчи, хоругви, штандарты, церковная утварь и остатки знаменитого собрания Библий. Так как стекла в окнах выбиты, кругом много снега и льда. На галерее осталась прекрасная стильная мебель.

Напротив Софийского собора в угловом здании (в Лихудовом корпусе) находилась большая библиотека, которая при захвате города еще оставалась целой. Она была собрана большевиками из очень ценной древней библиотеки новгородского архиепископа и других частных библиотек близлежащих дворянских усадеб. В настоящее время библиотека значительно пострадала от солдат испанской дивизии. Я нашел около 10 000 книг во многих больших помещениях валяющимися на полу. Кирпичи, мусор (человеческие нечистоты) покрывали ценные кожаные тома XVII--XIX вв. В библиотеке не было ни целых окон, ни дверей. Многими книгами были закрыты окна в казармах, другие лежали на снегу.

В средневековом здании в кремле... помещались два музея, используемые в настоящее время солдатами испанской дивизии для жилья и складов. Я нашел в них нары, соломенные лежаки и столы. По свидетельству русского бургомистра, советские эвакуировали все экспонаты из музеев. В вестибюле обнаружены только средневековый колокол, обтесанные каменные плиты и некоторые труднотранспортируемые крупные предметы. Находящаяся неподалеку от Софии церковь, использовавшаяся для музейных целей, превращена испанцами в кузницу, я видел, как там подковывали лошадей. Другие здания кремля, например дворец архиепископа, используются как морг и склады или пустуют...

В отношении бедственного положения зданий в кремле комендант сослался на трудности в отношениях с испанской дивизией и невозможность организации работ по сохранению памятников...».

Вместе с передовыми командами и рабочими группами оценку объектов производили и специалисты, научные эксперты -- сотрудники особых штабов по различным направлениям («Архивы», «Музыка», «Предыстория», «Изобразительное искусство», «Наука», «Демография», «Этнография» и др.). В Новгороде таким экспертом был доктор искусствоведения Дитер Роскамп, член Особого штаба «Изобразительное искусство». Из отчета Роскампа от 14 марта 1942 года:

«В целом в Новгороде создается впечатление, что русские намеренно подожгли и разрушили наиболее значительные церковные постройки. В одной только сожженной русскими церкви Иоанна на Торговой стороне погибло около 3000 собранных древних икон. За годы советской власти многие храмы Новгорода пришли в запустение. В церкви Николая XII в. располагался банк, в приделах -- административные службы и детский сад... Огромный ущерб памятникам нанесен солдатами расположенной в Новгороде испанской дивизии... Большая часть из хорошо сохранившихся иконостасов была использована испанскими солдатами для отопления (церковь Федора Стратилата). Другие церкви выгорели по неосторожности солдат (Знаменский собор), и их древнее убранство в настоящее время утрачено. Все церкви Новгорода стоят открытыми.

Особый случай -- церковь Михаила Архангела на Прусской улице, единственная действующая в годы советской власти. Церковь хорошо сохранилась, и здесь были собраны произведения искусства из многих других храмов. Однако в конце января 1942 г. (27--30 января) испанские солдаты взорвали дверь ручной гранатой и проникли внутрь. Украдены серебряная утварь и иконы».

Заключительная часть отчета Роскампа состоит из кратких описаний состояния памятников Новгорода.

«В Софийском соборе храмовая икона -- образ св. Софии, царские врата из иконостаса одного из приделов, два трона и паникадило XVI в. вывезены профессором Заммом.

Никольский собор: в декабре 1941 г. храм еще был невредим. Сейчас он полностью опустошен (испанскими) солдатами. Фрагменты резного иконостаса XVIII в. лежат на полу, в снегу.

Церковь Праскевы Пятницы: здесь находились ценные иконы. Церковь выгорела.

Церковь Жен-Мироносиц: внутреннее убранство полностью уничтожено.

Церковь Спаса на Ильине: пострадала при артиллерийском обстреле.

Знаменский собор: убранство и церковные предметы недавно уничтожены -- сожжены испанскими солдатами.

Собор Рождества Богоматери Антониева монастыря: в церкви мусор; иконостас... страдает от дождя и снега.

Церковь Федора Стратилата: в годы советской власти использовалась как музей. Иконостас употреблен на топливо испанскими солдатами.

Церковь Иоанна: использовалась как музей икон. 3000 икон русские уничтожили пожаром.

Церковь Петра и Павла: здесь находится один из самых значительных иконостасов XV в. Сейчас покрыт снегом и подвергается опасности. Члены русской комиссии по спасению художественных ценностей поздней осенью 1941 г. заклеили важнейшие иконы бумагой.

В историческом музее и музее русского искусства (оба в кремле) больше нет произведений искусства. Здания используются солдатами испанской дивизии как морг и магазин».

Рефреном практически всех известных документов являются упоминания о неуправляемости испанцев и их варварском отношении к культурным ценностям: «Церкви открыты и разграблены, иконостасы и отдельные иконы уничтожены испанцами... Необходимо обеспечить порядок в этой части города, повесить таблички, закрыть храмы для того, чтобы предотвратить дальнейшее разграбление и уничтожение памятников». Сотрудники Оперативного штаба рейхсляйтера Розенберга не могли равнодушно смотреть на легионеров, пренебрегавших «реликвиями, отвоеванными Третьим рейхом у неполноценных славян». Таблички были вывешены, но никакого эффекта это не возымело: «Везде на дверях древних храмов прибиты запретительные надписи на немецком и испанском языках, но испанцы не обращают на эти надписи никакого внимания, взламывают двери и уносят из храмов иконы».

Испания, куда ведут следы многих утраченных во время войны советских культурных ценностей, увы, до сих пор terra inkognita для специалистов по перемещенному искусству: никаких систематических исследований, касающихся российских утрат, здесь практически не ведется. Одно из редчайших событий такого рода -- обнаружение и последующее возвращение в 2004 году креста главного купола новгородского Софийского собора, вывезенного из оккупированного города в 1942 году испанской Голубой дивизией. Реликвию передал Патриарху Московскому и всея Руси Алексию Второму тогдашний министр обороны Испании Хосе Боно.

"Русский бургомистр"

Первым бургомистром оккупированного нацистами Новгорода стал археолог Василий Пономарев -- фигура для новгородской военной и послевоенной истории сколь заметная, столь и противоречивая. Внук знаменитого в Новгородской губернии археолога и коллекционера, основателя местного общества любителей древности Василия Передольского, Пономарев пошел по стопам деда: закончил Московский университет и стал археологом. Был репрессирован в 1933 году по делу «Российского студенческого христианского движения», после лагерей, в 1939--1941 году, несмотря на клеймо «враг народа», смог вернуться в музей и работать по специальности. Согласился сотрудничать с гитлеровскими оккупационными властями, пробыл в должности бургомистра Новгорода несколько месяцев, но вскоре был снят с нее. Ему было поручено первичное исследование хранилищ культурных ценностей, организация мероприятий по их сохранению, а в последствии вывозу из города, сначала во Псков и Ригу, а затем в Германию. Кроме того, в период фашистской оккупации занимался археологией -- с помощью выделенных под его начало для «черной работы» солдат вермахта и советских военнопленных продолжал начатые до войны раскопки славянских курганов на реке Оредеж (гитлеровцев интересовали древности и драгоценности). Василий Пономарев при благожелательном отношении сотрудников штаба Розенберга отправился сопровождать культурные ценности в Германию, где в 1944 году занимался описанием новгородских археологических коллекций в университете Грайфсвальда. После войны оказался в американской оккупационной зоне. В СССР не вернулся, небезосновательно полагая, что сотрудничество с оккупационным режимом ему не простят. Преподавал историю и археологию. Умер в 1978 году в Марбурге, гражданства ФРГ не приняв (по одним данным -- потому что не хотел быть гражданином страны, напавшей на его Родину; по другим, не менее вероятным, -- поскольку статус лица без гражданства давал наибольшую защиту от экстрадиции). С родственниками, оставшимися в Советском Союзе, никаких контактов не поддерживал, закономерно опасаясь навлечь на них неприятности. Содействовал германским властям в работе по возвращению новгородских и псковских ценностей в СССР. В нашей стране, разумеется, был «персоной нон грата» до начала 90-х. В последние годы маятник качнулся в противоположную сторону, и ныне в Новгороде о Пономареве говорят почти исключительно как о спасителе ценностей от неминуемой гибели. Несколько лет назад по инициативе родственников его останки были перезахоронены на родине.

В библиотеке Марбургского университета хранится архив Василия Пономарева, фрагменты которого -- воспоминания об оккупации Новгорода, написанные в начале 50-х годов, видимо, на основе более ранних, военных дневников, -- недавно опубликованы. При всей их внешней бесстрастности трудно не заметить разницу отношений автора к оккупантам и к «отступившим советским» -- не пользу последних.

Из воспоминаний Василия Пономарева:

«В начале войны Новгород, хотя и подвергшийся налетам германской авиации, особенно участившимся с конца июля, пострадал сравнительно немного... Видимо, германские бомбардировщики имели специальный приказ щадить церкви. Видя это, население массами укрывалось в церквях, превращая их в импровизированные бомбоубежища. Новгородцы уже на глазах советской власти... возносили к небу горячие молитвы о спасении от надвигающейся гибели... Детинец (кремль. -- Ю.К.) подвергся бомбардировке только в день взятия германскими войсками Софийской стороны города, 15.8.41. (Новгород стоит на двух берегах реки Волхов: на одном берегу -- Софийская сторона, названа так по имени расположенного на территории кремля собора Св. Софии; вторая, где в древности жил торговый люд, названа по «профессиональному признаку» -- Торговая. -- Ю.К.) При этом одна бомба попала в Софийский собор. Другая бомба совершенно разрушила южную половину дома ХVIII в. у звонницы... Артиллерийский снаряд пробил крышу музейной башни. Прочие постройки в южной половине Детинца совершенно сгорели... В продолжение пятидневных боев за переправу через р. Волхов с Софийской на Торговую сторону города сильные повреждения получил лишь храм Спаса на Ильине (с фресками Феофана Грека. -- Ю.К.). Оставляя Новгород, советские власти подожгли весь город. Грандиозный пожар продолжался несколько дней. Однако прочная кладка новгородских храмов устояла против огня, и большинство даже сгоревших церквей остались относительно мало поврежденными, вполне сохранившись как архитектурные памятники. Гибельной для них оказалась стабилизация фронта на Волхове и позиционная война, продолжавшаяся здесь несколько лет... Взаимный, даже не очень интенсивный обстрел, добивая город, разрушал древние памятники один за другим. В начале сентября советская артиллерия нанесла им два первых тяжелых удара. Снаряды разбили купол церкви Ивана на Опоках, и пожар уничтожил весь хранившийся в этом здании фонд новгородских музеев... 5 июля 1942 года советская артиллерия вела систематический обстрел Софийского собора... Прицел был взят на сверкавшую златую шлемообразную главу... Разрушение древнейшего новгородского храма, одной из величайших святынь русского народа, было целью и позорным результатом стрельбы советской артиллерии».

Из докладной записки Василия Пономарева о мерах по охране памятников искусства и древности в Новгороде Великом 22 апреля 1942 года:

«После занятия германским войсками г. Новгорода были приняты меры к охране архива, св. Софии, библиотеки и фонда музея. Мне, назначенному 29 августа (1941 г.) первым бургомистром г. Новгорода, было поручено выяснить состояние этих хранилищ, важнейшие ценности из которых, как оказалось, были эвакуированы советскими властями.

Затем в начале октября профессор Замм вывез из Софийского собора несколько древних икон (в их числе храмовый чудотворный образ св. Софии и царские двери из иконостаса Рождественского придела собора) и несколько картин, перенесенных в собор из картинной галереи.

В ноябре месяце мы с отцом Василием Николаевским, священником Новгородской приходской церкви, организовали Церковно-археологический комитет и на собранные пожертвования произвели работы по очистке собора...

С 25 декабря минувшего года ввиду эвакуации из Новгорода всего гражданского населения работы, организованные церковно-археологическим комитетом, были прекращены, а на меня возложено наблюдение за состоянием Софийского собора.

В конце февраля 1942 г. прибывшая из Риги комиссия... осмотрев состояние памятников искусства и древности Новгорода, поручила мне осуществление мероприятий по их охране, к чему я и приступил при содействии новгородской германской комендатуры..»

Без срока давности

В декабре 1941 года книги библиотеки музея были перенесены сотрудниками Оперативного штаба из Лихудова корпуса в придел Софийского собора. А в феврале 1942 года руководитель особой группы «Новгород», представитель особого штаба «Библиотеки» доктор филологии Пауль Вааль вывез церковные книги и рукописи из Новгорода сначала во Псков, а затем в Ригу. Наиболее ценные из них были показаны на организованной в апреле 1942 года в рижском штабе рейхсляйтера Розенберга выставке «Новгородские библиотеки и их сокровища». Среди них: Евангелие 1644 года в окладе из церкви Николы в Наволоке (под Крестцами), Евангелие 1606 года из Юрьева монастыря, «Житие и чудеса св. Моисея, архиепископа Новгородского» XVII века, Евангелие 1663 года из Старой Руссы и ряд Евангелий XVII--XVIII веков в серебряных окладах.

Обработка уникальной коллекции была закончена к сентябрю 1942 года, о чем свидетельствует отчет главной рабочей группы «Прибалтика» руководству Оперативного штаба «Об обработке Новгородской библиотеки». Согласно нему всего в Ригу из Новгорода было направлено 33 892 тома; к отчету приложены списки книг на 68 листах по разделам «Археология», «Этнография» и «Раритеты». Среди них 1260 Библий, Евангелий и других богослужебных книг XVI--XVIII вв., принадлежавших Новгородскому музею и происходящих из различных собраний -- Новгородской церковной библиотеки, библиотек братства св. Софии, Юрьева монастыря, Софийского собора, личных библиотек архиепископа Арсения и архиерея Григория Лубинского, а также ряда церквей под Новгородом. Коллекция предназначалась для передачи экзархату православной церкви в Латвии в Риге. Но в протоколе состоявшейся в Риге 27 ноября 1942 года передачи главной рабочей группой «Прибалтика» экзархату православной церкви в лице митрополита Литовского и Виленского Сергия упоминается уже лишь 1026 богослужебных рукописных и печатных книг из Новгорода. «Спасенные» сотрудниками штаба Розенберга «из использовавшегося большевиками как музей атеизма Софийского собора» книги передавались для «временного использования» с условием возвращения их в «последующем времени» (т.е. после победоносного для гитлеровской Германии окончания войны. -- Ю.К.) православной церкви в Новгороде.

Маркировка произведений искусства по системе главной рабочей группы "Прибалтика" выполнялась в Риге. Характерно, что довольно подробные списки практически не содержат информации о музеях происхождения описанных в них произведений искусства: гитлеровских историков искусства не интересовала принадлежность награбленных ими сокровищ. Сегодня историки и музейщики при идентификации уцелевших перемещенных ценностей вынуждены порой ориентироваться лишь по комплексу старых (музейных) номеров, подробно перечисленных в описаниях (это было необходимо во избежание путаницы при наличии, скажем, двух икон или предметов утвари с одинаковым названием).

С начала 1943 года вывоз культурно-художественных ценностей на запад приобретает массовый характер и становится весьма поспешным. К этому времени, когда после Сталинградской битвы стало ясно, что «последующее время» для Третьего рейха не наступит, установки Оперативного штаба в отношении ценностей на оккупированных восточных территориях существенно изменились. Вывезенные из Новгорода в конце 1943 года художественные ценности сначала были определены на хранение во Псков, где проводилась их инвентаризация и составление описей. Затем они переправлялись в Ригу, на базу главной рабочей группы «Прибалтика» для дальнейшей обработки, упаковки и отправки в Германию.

В апреле 1944 года в помещении Рижского государственного музея была открыта выставка, организатором которой стал уполномоченный по охране памятников искусства группы армий «Север» граф Эрнст Отто Зольмс-Лаубах, директор художественного музея во Франкфурте-на-Майне. В документах есть сведения об отправке из Риги в Германию, в местечко Лерберг, а оттуда на хранение в замок Кольберг 3 апреля и 13 мая 1944 года пяти вагонов с художественными ценностями, среди которых упоминается 650 икон XIV--XVII веков из Новгорода, Пскова, Тихвина, Гатчины, Петергофа и Павловска.

Из отчета Дитера Роскампа об упаковке предметов искусства, «спасенных» войсковой группой «Север», от 29 апреля 1944 года:

«Во второй половине апреля в Риге проведена упаковка спасенных в России группой «Север» предметов искусства для их дальнейшей передачи в рейх. После того как подготовленные 2 вагона с 81 ящиком фарфора, мебели и т.д. (3 апреля) были отправлены из Риги, еще оставалось упаковать около 650 икон из новгородских церквей и музеев, из Тихвина и музея во Пскове... Иконы, прежде всего иконостасы новгородских церквей, выдающегося качества и восходят в большей части к XIV--XVIII вв. Они принадлежат к лучшим произведениям искусства, которые были спасены в России.

...Опись спасенных штабом произведений искусства подготовлена на основании каталога этикеток, выполненного... при участии русских специалистов. Каталог неполный, но содержит значительно больше вещей, чем сейчас имеется в наличии, т.к. один из... вагонов по пути из Пскова (подвергся обстрелу) был утерян. Инвентарные номера (соответствующие каталогу), находятся на оборотной стороне икон. Профессору доктору истории археологу Карлу Энгелю в Грайфсвальд пересланы 7 ящиков с археологическими материалами из Новгорода».

20 января 1944 года Новгород был освобожден. По постановлению Совета народных комиссаров СССР от 1 ноября 1945 года Новгород вошел в число 15 советских городов, подлежащих первоочередному восстановлению. Тогда же группой архитекторов во главе с Алексеем Щусевым был разработан генеральный план развития Новгорода, предусматривавший сохранение исторических основ его градостроительства и развитие историко-музейной инфраструктуры. Но уже в 1950-е годы город начали стремительно застраивать промышленными объектами и блочными жилыми домами. Он многократно увеличился в размерах и утратил многие древние элементы своей планировки, такие как реку Гзень, Федоровский ручей, участки вала и рва Окольного города. Из архитектурных памятников исторического центра Великого Новгорода, которому в сентябре исполнится 1150 лет, восстановлено не более трети. Сводный каталог культурных потерь не составлен до сих пор. В местных книжных магазинах, в связи с юбилеем изобилующих путеводителями и красочными альбомами, в основном посвященными новгородским древностям, вы не найдете литературы, рассказывающей о Новгороде военном, об оккупации и освобождении. Как с горечью объяснили мне мои собеседники -- преподаватели Новгородского университета им. Ярослава Мудрого, сотрудники музея-заповедника «Новгородский кремль» и руководители нескольких книжных издательств, -- в федеральной программе празднования 1150-летия, принятой несколько лет назад, на серьезные исторические публикации и тем более на профессиональные исследования по военной проблематике средств не предусмотрено. Как и в расписанном в числе других на этот регион федеральном бюджете мероприятий празднования предстоящего 65-летия Победы.
Юлия КАНТОР, доктор исторических наук




реклама

  ТАКЖЕ В РУБРИКЕ  
  • //  19.08.2009
19 августа 1941 года после тяжелейших боев советские войска оставили Великий Новгород. Город на два с половиной года оказался в оккупации... >>
  БЕЗ КОМMЕНТАРИЕВ  
Реклама