Время новостей
     N°18, 01 февраля 2002 Время новостей ИД "Время"   
Время новостей
  //  01.02.2002
Болливудская улыбка
Самая большая демократия мира переходит в культурную атаку
«Если тебе нужен Кашмир, то я разорву тебя на части». Эта песня -- лейтмотив фильма «Мать, я салютую тебе», вышедшего на индийские экраны неделю назад, к празднованию очередного Дня независимости. Главный герой картины, майор индийской армии (при этом мусульманин, что принципиально важно), защищая Родину-мать, не оставляет мокрого места от «подонков-террористов» и их «пакистанских покровителей». Режиссер Тину Верма откровенно заявил: «Я сделал эту картину, потому что ненавижу Пакистан, и еще для того, чтобы встряхнуть чувства народа и доказать, что индийцы-мусульмане любят свою страну и являются ее верными гражданами».

Новые баллистические ракеты и могучая армия -- это только часть того арсенала, который Дели приводит в боевую готовность перед лицом нового конфликта с извечным врагом -- Исламабадом. «Мобилизовано и призвано» и «важнейшее из искусств» -- крупнейшая киноиндустрия планеты, которая покорила весь «третий мир», а на пороге XXI века начинает присматриваться и к рынкам развитых стран. Миллиардная Индия, ядерная и космическая держава, добивающаяся места постоянного члена Совета Безопасности ООН, намерена в наступающем столетии ворваться в клуб тех, кто реально определяет глобальные правила игры. Западным странам, которые до сих пор доминировали в мире благодаря не только своему богатству и уровню технологического развития, но и культурной экспансии, придется потесниться, считают в Дели. Индийский кинематограф готов бросить вызов безраздельному господству Голливуда. Фильмы, снятые в Болливуде -- собирательное название индийского кино по имени крупнейшей студии в Бомбее, -- без преувеличения смотрит полмира. Только внутренняя аудитория составляет три миллиарда зрителей в год.

Индийский кинематограф возник задолго до того, как советские девушки 1950-х начали сходить с ума по красавцу Раджу Капуру, герою фильмов «Бродяга», «Господин 420» и многих других. Первый игровой фильм индийского производства «Раджа Харишчандра» (режиссер Дхундирадж Говинд Пхальке) вышел в мае 1913 года. Пхальке по праву считают отцом национального кино, даже современные фильмы соответствуют канонам, заложенным им в начале прошлого века. Первый индийский звуковой фильм появился в 1931 году, сейчас кино Индии говорит на 35 языках и диалектах.

В Бомбее основоположником киноиндустрии считают актера Притхвираджа Капура, первого из клана Капуров, три поколения которых занимаются производством фильмов. Классик индийского кино Сатьяджит Рей, единственный индиец, получивший премию «Оскар» («Песнь дороги», 1955 год), считается «духовным отцом» весьма политизированной «калькуттской школы» в Бенгалии, второго после Бомбея национального киноцентра. Тамилы в окрестностях Мадраса организовали одно из крупнейших кинопроизводств, прозванное Молливудом. Работают кинофабрики в Хайдарабаде -- административном центре штата Синд. Лет десять назад собственным кинопроизводством обзавелась столица Дели.

К 1939 году киноиндустрия страны, в то время еще британской колонии, заняла четвертое место в мире по производству фильмов и восьмое -- по доходам от проката. В 1971 году индийцы отпраздновали победу над японцами и американцами, оттеснив их соответственно на второе и третье места. Почти за 90 лет существования индийская киноиндустрия произвела более 30 тысяч художественных и десятки тысяч документальных фильмов. Рекордными стали 1985 и 1990 годы, когда было выпущено соответственно 912 и 948 художественных лент. В 2000 году снято около 800 художественных фильмов, в создание которых вложено более 300 млн долларов, и тысяча документальных лент. В Болливуде постоянно в работе около 600 фильмов, то есть приблизительно столько же, сколько и в Голливуде, хотя, конечно, бюджеты, несопоставимы.


«Голливуд» для бедных и угнетенных

Нет такого жанра, которого нельзя было бы найти в колоссальном перечне кинопродукции страны. Будь то семейно-бытовая мелодрама, боевик, комедия, производственно-бытовая история, лента на религиозно-мифологическую или военно-патриотическую тему и даже пеплум (костюмированный «блокбастер» типа недавнего «Гладиатора» об античных временах). Но самобытность индийского кино определяется традициями национальной драмы, поэтому ленты даже самого серьезного содержания сопровождаются песнями и танцами.

Основными потребителями кино Индии являются азиатские государства (где, кстати, не обходится без протестов против «присутствия в индийских лентах пропаганды индуизма») и многочисленная индийская диаспора -- всего индийские фильмы демонстрируются почти в ста странах. «Индийское коммерческое кино имеет величайший после Голливуда рынок, -- говорит актер и режиссер Гириш Карнад. -- Оно обслуживает Юго-Восточную и Южную Азию, Средний Восток; даже Греция еще несколько лет назад имела обыкновение смотреть индийские фильмы. Затем все этнические рынки -- арабы во Франции, азиаты в Англии, затем вся Африка. Оно обслуживает широкий диапазон рынков, не имеющих ничего общего ни в бытовом, ни в культурном, ни в языковом отношениях. Это обязывает фильмы быть сверхупрощенными и общепонятными. Тонкости языка, тонкости эмоций, тонкости игры и ситуаций не могут иметь в них места».

Кстати, освобождение Афганистана от талибов (являвшихся, как известно, непримиримыми ненавистниками кинематографа и телевидения) в Болливуде восприняли с восторгом. Некоторые прокатчики даже выразили готовность поначалу передавать афганским коллегам свои ленты безвозмездно, так сказать, для реанимации местного зрителя, впавшего за период войны в своего рода «киноатрофию». Считается, что Афганистан может стать третьим по значению рынком сбыта продукции Болливуда.


Реформа для рывка

Сейчас кинопроизводство в Индии переживает очередной бум, связанный с началом в нем реформ. До последнего времени киноиндустрию, как это ни странно, относили к сфере обслуживания, и только летом прошлого года под давлением видных деятелей кино она обрела статус промышленного производства и право привлекать крупные банковские кредиты и внешние инвестиции. Кино заинтересовались крупные корпорации (хотя в отличие от Голливуда в Индии не произошло монополизации кинобизнеса различными группами магнатов). Объем финансирования в ближайшее время возрастет на 70%, в результате чего общий доход от продажи билетов в 2006 году достигнет 2 млрд 64 млн долл. по сравнению с 1 млрд 67 млн долл. в прошлом году. Вдвое по сравнению с предыдущим пятилетием должны увеличиться доходы индийских киностудий. Кабинет министров также собирается поддержать модернизацию девяти тысяч кинотеатров путем снижения налогов на доходы прокатчиков.

Раньше система финансирования и налогообложения кинематографа (государство забирало до половины кассовой выручки) создавала киношникам массу проблем. Банки, с одной стороны, не могли вкладывать серьезные средства из-за законодательных ограничений, а с другой -- боялись рисковать. Несмотря на огромный рынок, большинство готовых картин не окупалось (очень велика конкуренция), а многие ленты шли в корзину еще до выхода на экран -- усомнившись в успехе, создатели и инвесторы предпочитали вообще не тратиться на доработку и прокат. Все это привело к криминализации киноиндустрии. Фильмы снимались на «черный нал», причем немалая его часть имела откровенно мафиозное происхождение. «Инвесторы» же хотели смотреть «кино про себя», так что одно время в Индии даже заговорили о том, что на экранах появилось слишком много «молодых и красивых, но склонных к насилию и правонарушениям героев».

Кроме того, получить деньги продюсеры могли только в том случае, если они предоставляли финансисту гарантийное письмо с согласием какой-либо звезды на участие в фильме. По мнению одного из индийских критиков, «ставки звезд подскочили настолько, что в отличие от голливудских лент, где они составляют менее половины общего бюджета картины, в фильмах хинди они значительно превышают половину». То же относится к композиторам, певцам и музыкантам.

Государство осознало, что стране, постепенно превращающейся в высокотехнологическую, пора, как это было в свое время в США, обрести кинематограф, «формирующий новую нацию». С этим согласны и потенциальные индийские инвесторы: они надеются, что новое индийское кино будет способствовать созданию нового, современного имиджа страны на мировых рынках. В новом кино, снятом с использованием современнейших технологий, должны действовать новые герои (в исполнении новых актеров). Такие высокопрофессиональные фильмы не стыдно вывозить на фестивали и на них не жалко тратить деньги «новым индийцам». Примером такого кино может стать весьма перспективная, как считают в Бомбее, картина «То смех, то слезы» с постаревшим, но по-прежнему популярным кумиром 1970--1980-х годов Амитабхом Баччаном и бюджетом в 8,4 млн долл. -- самым большим за всю историю Болливуда. Правительство и спонсорский капитал заинтересованы в успехе индийских фильмов как на традиционных рынках, так и на рафинированном Западе, -- экспорт кинопродукции планируется увеличить на 120%.

Особняком стоят ленты, посвященные вооруженному конфликту с Пакистаном из-за спорного Кашмира. Их щедро финансирует правительство и горячо приветствует публика, соскучившаяся, по словам политолога Ашиса Нанди, по «истинным героям-патриотам». В «Любящем сердце» мастерски расправляются с «проникшими из Пакистана» бандитами, которые угнали в декабре 1999 года индийский авиалайнер. Лента «Линия контроля» (так называется индо-пакистанская граница в Кашмире) посвящена кровопролитной войне 1999 года из-за кашмирского района Каргил.


Фестивальный бум

С наступлением нового века Болливуд вступил в прямое соперничество с Голливудом за международное признание. В поисках популярности и инвестиций он «пришел» на фестивали в Каннах (где в мае прошлого года индийцы впервые открыли свой павильон) и Монреале. Туда режиссер Мира Наир (она постоянно проживает в США) привезла фильм «Салям, Бомбей», удостоенный приза жюри и зрительских симпатий, а также номинированный на «Оскар», «Сезар» и награду Британской киноакадемии. В этом году из Венеции г-жа Наир привезла «Золотого льва» -- главный приз за ленту «Свадьба в сезон муссонов», творение, как говорит автор, «с болливудскими условностями, музыкальными и визуальными, но сделанными по моим собственным правилам». Критики назвали картину «политкорректной, экзотической и соответствующей и индийской, и американской кинотрадициям». В знак признания заслуг режиссера ей предложено возглавить жюри 52-го Берлинского фестиваля в феврале.

Лондон давно превратился в выездную штаб-квартиру индийского кино: в ноябре 2000 года в «Куполе тысячелетия» впервые прошла церемония награждения индийских кинематографистов и их работ премиями «Оскары Болливуда». Неожиданно для всех награду получил режиссер Шекхар Капур, поставивший в Англии «Королеву Елизавету», а в Индии -- нашумевший фильм «Королева бандитов», в основу которой положена история знаменитой преступницы Пулан Деви, которая, отсидев длительный тюремный срок, превратилась в защитницу угнетенных и стала депутатом парламента от партии бедноты. Фильм был безумно популярен среди выходцев из низших каст, однако сама героиня, а вслед за ней многие критики осудили картину за «пропаганду насилия и воспевание мести». Результатом борьбы Пулан Деви против насилия в кино стало падение интереса публики к гангстерским боевикам, заполонившим индийский экран лет 5--10 назад. А легендарную женщину прошлым летом застрелили в Дели неизвестные. Ее похороны переросли в настоящие народные волнения -- благодаря фильму тысячи людей считали погибшую своей единственной заступницей.

Индийцы все настойчивее обращают взоры к опыту и ресурсам своего «прародителя» -- Голливуда. Недавно США посетила представительная делегация кинематографистов Индии во главе с министром информации и радиовещания Сушма Свараджем. Руководство Ассоциации художественных фильмов Америки пришло к выводу о возможности совместной работы киноиндустрий двух стран. Энрю Ллойд Уэббер, автор известных мюзиклов «Иисус Христос -- суперзвезда», «Призрак оперы», «Кошки» и «Эвита», даже решился снять два фильма на индийскую тематику -- в Лондоне и Болливуде. В соавторы Уэббер пригласил индийских коллег -- композитора Рехмана и режиссера Шекхара Капура.

О сотрудничестве с Россией пока не слышно -- открывшиеся киногоризонты Запада да и просто ход времени сократили число ценителей кинематографа Индии. Однако на московской «Горбушке» и в не слишком многочисленных торговых центрах, продающих видеокассеты из этой страны, всегда хватает покупателей, верных своей старинной страсти. Эта пламенная страсть -- не замечающая никаких художественных или других недостатков любовь к сложному и примитивному, гениальному и посредственному, но всегда яркому и красочному, невероятно экзотическому и всегда кончающемуся «хеппи-эндом» кино Индии.


Дев Ананд: Больше любви, меньше политики

Деву Ананду 78 лет. Он -- живая история Болливуда, творческий соперник и товарищ Раджа Капура, легенды индийского кино. Личный друг премьера Атала Бихари Ваджпаи, депутат парламента от правящей Бхаратия Джаната Парти, он не прекращает снимать. Сейчас Дев АНАНД работает в Америке над фильмом «Любовь на Таймс-сквер», а затем приступает к картине об убийстве короля Непала.

-- Как вам удается сочетать политику и творчество?

-- Политика помогает лучше понять действительность, но главное для меня все-таки кино, которое развлекает зрителя, вызывает у него добрую улыбку. Стараюсь выбирать самые современные темы, нужные народу. Когда меня что-то впечатляет, остается во мне, превращаясь в наваждение, то именно об этом я и делаю свой новый сценарий.

-- Поэтому вы будете снимать в Непале?

-- Убийство непальской королевской семьи стало абсолютной сенсацией для всего мира. Почему оно произошло? Кто-то должен разобраться в причинах этой кровавой трагедии художественными средствами. Надеюсь, что картина произведет глубокое впечатление на зрителя. Ведь я был знаком со всей семьей, хорошо знал покойных короля и королеву, убийцу и всех убитых. Я знал их всех, был на их свадьбе, снял в Непале несколько фильмов -- и теперь хочу, чтобы весь мир с экрана узнал об этой трагедии. Она пойдет от моего сердца, и весь мир вскрикнет от боли. А почему бы ему не вскрикнуть?

-- Как вы оцениваете изменения в правительственной политике в отношении кинопроизводства?

-- Многие утверждают, что правительство должно нам помогать. А я говорю: не нужна мне ничья помощь, потому что я полностью независим. А независимость от правительственного финансирования предполагает, что государство не будет вмешиваться в мои планы, контролировать мой творческий процесс. Я работаю не на государство, а на зрителя, и это нормально для демократической страны. Разумеется, есть режиссеры, которые нуждаются в государственной поддержке, но они расплачиваются за это ограничением своих творческих замыслов, тем, что их картины нуждаются в официальном одобрении. Их потенциал зависит от властного финансирования. Я к числу таких режиссеров не принадлежу.

-- Хотели бы вы, чтобы россияне смотрели ваши ленты?

-- Приложу личные усилия, чтобы российские зрители видели мои картины и индийское кино вообще. Мы давненько не работали вместе с русскими кинематографистами. Если мы возьмемся за такое универсальное явление, как любовная история, то толк будет. Если темой фильма станет нечто общее для народов России и Индии, то и тут можно добиться успеха. Но вот чего не должно быть в наших лентах, так это политики.


Это сама жизнь

Для десятков миллионов индийцев их национальное кино -- это больше, чем просто сказка на белой простыне, а актеры -- это больше, чем просто лицедеи. Вместе взятые они -- это сама жизнь. Прежде всего это касается старой «актерской гильдии». Самым ярким проявлением отношения зрителей к своим кумирам стал взрыв массовых эмоций и даже народных волнений, последовавших вслед за похищением в 2000 году знаменитым гангстером Вираппаном еще более знаменитого актера Раджкумара. История с Раджкумаром, снявшимся в 210 игровых лентах, даже вынудила премьер-министра Атала Бихари Ваджпаи обратиться к разбушевавшемуся населению и похитителям-бандитам со словами увещевания. А главный министр штата Карнатака (где живет и работает актер) назвал его «самой ценной собственностью населения Карнатаки и всей Индии». Раджкумар провел в плену 108 дней, потом злодей все-таки смилостивился над «главной ценностью», отпустив его целым и невредимым, хотя и находящимся в состоянии глубокого шока.

Индийскому художественному кинематографу всегда был доступен любой жанр, потому что старая актерская гвардия могла «сделать» любой персонаж и любого киногероя. Актеров первой величины, таких как Радж Капур, Наргис или Митхун Чакраборти («Танцор Диско»), часто называли «персонифицированным олицетворением нации». Для многих в Индии они по-прежнему являются предметами не только обожания, но и обожествления (в том числе и потому, что появляются на экране в качестве персонажей исторических эпосов -- «Махабхарата, «Рамаяна»). Бывали и горькие судьбы: признанная королева трагедии Мина Кумари умерла в нищете. Зато звезду 70--80-х Амитабха Баччана, снявшегося более чем в 200 фильмах и продолжающего, хотя и реже, радовать своих поклонников до сих пор, французский журнал La Vogue назвал богом индийского кино.

Алексей СЛОБОДИН