Время новостей
     N°114, 03 июля 2006 Время новостей ИД "Время"   
Время новостей
  //  03.07.2006
Зрители оценили конкурс на четыре
Вчера завершился Московский кинофестиваль
Как обычно, главным событием фестиваля оказался сам факт его проведения. В течение десяти дней ММКФ являлся поставщиком новостей и объектом общей критики. Впрочем, к этому организаторам фестиваля не привыкать, конкурсную программу ругают почти всегда. Вот, например, что журналисты писали в 2004 году: «Конкурсная программа XXVI ММКФ, мягко говоря, не блистала. Более того, подобного засилья невыразимо скучных, стопроцентно безликих, а то и просто дилетантских фильмов на московском фестивале мы не видели никогда». По сравнению со столь суровым приговором нынешнее положение не выглядит уж совсем безнадежным.

Не имея возможности отбирать в конкурс картины первого ряда, отборщики постарались взять разнообразием и известными именами. В результате среди конкурсантов значатся Бертран Блие, Моника Беллуччи, Жерар Депардье, Иштван Сабо, Рауль Руис, Колин Фаррелл, Сальма Хайек, Том Круз, Джон Малкович и даже кумир подростков Руперт Гринт, сыгравший роль рыжего Рона в суперблокбастере «Гарри Поттер». Конкурсные фильмы отличаются и ассортиментом: тут и мелодрама, и исторический эпос, и социальная драма, и псевдодокументальное кино, и детектив, и экранизации... В общем, такое кино да два десятка лет назад -- кушали бы и не морщились. Сейчас, видите ли, все не то. И лето нежаркое, и сахар несладкий. Но когда в мире в год выпускают более пяти тысяч фильмов, не считая индийских, трудно и придумать оригинальную историю, и ее выслушать.

Тем более что на ММКФ попадают далеко не самые сливки. Дурной пример показывают российские продюсеры, не желающие давать свои фильмы в конкурс. Причем капризничают все, и не только те, кого берут в Канны, Венецию, и Берлин (а почти никого и не берут). Продефилировав на «Кинотавре» во всем своем самодеятельном блеске, новое русское кино от ММКФ воротит нос, предпочитая родным осинам заморские апельсины. Что, конечно, говорит о демократии и свободе, ведь часть бюджета фильмов оплачена тем самым государством, которое в лице «Роскультуры» дает 92 млн руб. на проведение фестиваля.

С другой стороны, всем все равно не угодишь. Представьте себе, что, к примеру, Павел Лунгин отдает в конкурс свой «Остров», и он, предположим, побеждает. И как критики бы отреагировали на победу отечественной картины три года подряд? А так и авторам не обидно, и честь фестиваля сохранена. Поскольку «Червь» Александра Мурадова, единственный конкурсный фильм от России, -- продукт компромисса, и не только со стороны отборщиков. Сценарий к этому фильму написал покойный Юрий Талпа, режиссер «Танго над пропастью» и других детективных боевиков, сам собирался его снимать. Когда материал попал к Мурадову, режиссеру совсем других пристрастий, возникла проблема. Детектив Мурадов снимать не хотел, а надо было. Выход нашелся: режиссер вообще убрал все вводные сюжета, сохранив при этом подробности. Некий полковник ФСБ, специалист по контролю за интернет-пространством, по неясным причинам сбегает из города и прячется по стране от преследующих его коллег. По дороге он встречается с разными странными людьми и заодно вспоминает собственное детство, в котором строгий отец-военный демонстрировал ему преимущество силы, одновременно пытаясь сына от необходимости применения этой силы уберечь, объясняя, что заниматься в этой жизни можно только искусством и наукой. По мере просмотра зритель честно пытается соединить в голове обрывки информации, но программа, очевидно, дает сбой, и к концу фильма никакого ясного исхода из нагроможденных отношений, тем и ощущений не возникает. Объяснение сюжета, которое дал на пресс-конференции режиссер, свидетельствую, не пришло в голову никому из публики. Зато Мурадов сделал то, что он любит: фильм невнятный, как сонное бормотание, настроенческий, медитативный и многозначительный, в который каждый может вчитать практически любой смысл.

Что же касается фильмов со знаменитостями, то чем громче имя, чем сильнее ожидания, тем хуже казалась картина. Венгерский классик Иштван Сабо привез на фестиваль экранизацию классического венгерского романа 1930-х годов о коррупции среди городского начальства -- фильм «Родственники». Несмотря на участие Олега Табакова, сыгравшего роль добродушного и обаятельного мерзавца мэра, роль, подобных которой в его карьере наберется довольно много, фильм оказался редким занудством, в первую очередь из-за нерешенных характеров, несыгранных персонажей и не получившей человеческого, чувственного измерения истории.

«Климт» Руиса с Джоном Малковичем в главной роли, как и следовало ожидать, предстал декоративным байопиком, щедрым на детали, назойливо декларирующие пышность европейского декаданса и ничего не объясняющие в природе и жизни художника Климта, неожиданно, как раз к фестивалю, ставшего самым дорогим в мире.

В фильме «Спроси у пыли» сценариста и режиссера Роберта Тоуна, экранизации известного в Америке и даже переведенного на русский язык романа Джона Фанте, Колин Фаррелл сыграл начинающего писателя, в писательские способности которого поверить не легче, чем в чахотку у полногрудой Сальмы Хайек, исполнившей роль бедной мексиканки, страдающей от расовой дискриминации. Том Круз, один из продюсеров картины, потратив 45 млн долл. (и вернув не более миллиона в прокате), видимо, пожалел денег на декорации, из-за чего киноповествование, основанное, как считается, на лучшем романе о Лос-Анджелесе времен Великой депрессии, похоже на небогатый телесериал, по ночам снимавшийся в чужом павильоне. Хотя оператор Калеб Дешанель очень романтично изобразил ночное купание в океане, а также бар и комнату в пансионе -- в золотисто-медных ретротонах. Однако именно в этом фильме прозвучала мысль, сфокусировавшая важную для состояния современного кино тему. Редактор, которому молодой автор посылает письмо с жалобой на свое малое знание жизни, отвечает, что писатели жизнь знают меньше обычных людей именно потому, что в то время, когда обычные люди получают жизненный опыт, писатели пишут. И что ремесло писателя в том и заключается, чтобы из минимума впечатлений выжать максимум информации. Для чего писателю и нужно воображение.

Воображение в дефиците и у авторов картин, и у зрителей. Спасения ищут в документалистике. Лучшие фильмы фестиваля имеют документальную стилистику, как бы добирая у самой жизни те эмоции, которые не получается возбудить обессиленному воображению. В конкурсе такой фильм тоже был представлен -- это филиппинский «Букмекер», героиня которого, пожилая женщина из бедного района Манилы, собирает у соседей ставки для запрещенной, но повсеместной игры типа бинго. В сущности, это все, что происходит на протяжении фильма, но актриса так убедительна, а действие на самом деле происходит на улицах экзотического и нищего квартала, поэтому некоторым критикам именно этот бедный на события, но достоверный фильм показался лучшим.

На мой же вкус, лучший фильм фестиваля был представлен во внеконкурсной программе «Восемь с половиной». Румынская картина «Смерть господина Лазареску», как обычно и бывает, не стала событием для всех, но, на мой взгляд, именно она заслуживает отдельного и подробного разговора.

В отличие, кстати, от фильма Юрия Кары «Мастер и Маргарита», просмотр которого превратился в настоящий хеппенинг. Более часа специальные службы проверяли входящих в зал зрителей, отбирая кинокамеры и даже мобильные телефоны, дабы избежать возможного копирования. Материал этой картины пролежал в сейфе у продюсеров с 1994 года в силу темных и так до конца и не объясненных обстоятельств, так и не был выпущен в прокат. Сравнение с фильмом Бортко он вполне выдерживает благодаря замечательным актерским этюдам Валентина Гафта (Воланд), Сергея Гармаша (Бездомный), Михаила Ульянова (Пилат), Николая Бурляева (Иешуа) и некоторых других. Но именно этот ночной показ продемонстрировал, что сегодня в цене не качество, а эксклюзивность и одноразовость, событием становится то, что нельзя пропустить. Именно этого состояния Московскому фестивалю не удается достичь.

Поэтому вечеринки и тусовки собирают толпы народа, а на сеансы кинопоказов не стоят очереди. Зачем смотреть это кино сейчас, если я могу посмотреть его или другое такое же потом?

Инфантильный московский зритель нюхом чует то, что придаст ему значимость среди коллег. Кстати, бесплатные билеты и приглашения тоже ценятся не только потому, что жаль потратить триста рублей, а из-за знака причастности.

В рейтинге зрительских симпатий почти все фильмы получили примерно четыре балла из пяти. То есть зрители оценили их как хорошие, но не очень хорошие. Значит, пропустить можно. Ну и пропускают.

Фестиваль в Карловых Варах, который начался в эти дни, бывший брат-близнец ММКФ, заметно опередил его в развитии. И не потому, что звезд там больше или фильмы круче, хотя и в этом вопросе он побеждает по очкам. Дело в том, что там на все фильмы нельзя достать билеты, публика сидит в проходах на всех сеансах так, как у нас только на показах документальной программы, которая, кстати, неожиданно и оказалась тем эксклюзивным блюдом ММКФ, предложив то, чего нельзя больше нигде увидеть.

Алена СОЛНЦЕВА
//  читайте тему  //  Кино